Наш Сталин

Иркутское областное историко-культурное общество «Наш Сталин» провело 11 февраля в Байкальском университете экономики и права семинар на тему «Теоретическое наследие Сталина: какое оно?». В дискуссии приняли участие представители КПРФ (секретари Правобережного и Свердловского райкомов партии Андрей Калинкин и Анатолий Обухов), движения «Русский Лад», концептуальной партии «Единение», движения «За общественное самоуправление», других левых и патриотических организаций, студенты БГУЭП. В качестве ведущего выступил председатель городского отделения «Русского Лада» Геннадий Сурдин, основной доклад сделал бессменный руководитель общества «Наш Сталин», доктор философских наук, профессор БГУЭП Василий Афанасьевич Туев.

Не буду останавливаться на многочисленных побочных темах, которые то и дело возникали в ходе полемики, а в ней участвовали и люди довольно экзотических взглядов: сталинское мировоззрение рассматривалось, например, через призму древнекитайской философии. Основным стал вопрос, принадлежит ли наследие И.В. Сталина к парадигме формационного или цивилизационного подхода, а также что в нём первично – революционность или государственничество.

Во вступительном слове Г. Сурдин указал на тот факт, что сейчас сталинское наследие пытаются присвоить различные политические силы, в том числе и те, которые предельно далеки от советских и коммунистических ценностей. Например, этим прославились некоторые пропутинские структуры («охранители»), чуть ли не ставящие знак равенства между Сталиным и Путиным (в чём им помогают и будто бы «оппонирующие» им либералы). По их мнению, Сталин постепенно преодолевал наследие марксизма-ленинизма, становясь из революционера государственником, Путин же преодолевает ельцинское либеральное наследие, также превращаясь в государственника. При этом, разумеется, путинисты игнорируют тот факт, что социалистический строй неминуемо ведёт к патриотизму и «государственничеству», это следует из его экономической природы (общественная собственность помогает человеку отождествить свои интересы с национальными, общенародными интересами), а капитализм, основанный на частной собственности и частном интересе, напротив, с устойчивым существованием независимого российского государства несовместим.

В.А. Туев начал свой доклад с констатации того, что И.В. Сталин, хоть и называл себя «всего лишь учеником Ленина», сделал в теории значительный шаг вперёд. Он сам говорил, что относит себя к сторонникам не догматического, а творческого марксизма. В то же время Сталина, по мнению Туева, можно отнести к мыслителям «сократовского» типа: его идеи были непосредственно связаны с его действиями, практической деятельностью. Подобно тому как Платон реконструировал идеи Сократа, мы сегодня реконструируем мировоззрение Сталина, исходя не только из того, что он написал в теоретических трудах, но и из отдельных отрывочных высказываний, вплоть до его приказов как Верховного главнокомандующего, да и просто из его действий как политика.

Затем В.А. Туев сделал экскурс в историю формационного и цивилизационного подходов (теории «локальных цивилизаций», представленной именами Данилевского, Шпенглера, Тойнби и т.д.) в социальных исследованиях. Сталин едва ли был хорошо знаком с трудами классиков цивилизационного подхода, но приходил к близким к нему выводам самостоятельно, не через теорию, а через собственную государственную деятельность. В советскую идеологию при нём был инкорпорирован русский патриотизм, который стал её неотъемлемой частью. Но ещё раньше, в ходе советско-польской войны, Сталин выступал против шапкозакидательских планов Троцкого и Тухачевского, которые рассчитывали на горячую поддержку Красной армии польским пролетариатом: в отличие от них, он понимал, что польские рабочие обуреваемы не только классовым, но и национальным самосознанием и не ждут Красную армию (преимущественно русскую) с распростёртыми объятиями. Принципиально новым стало и положение о возможности и необходимости построения социализма в СССР как отдельно взятой стране, без ожидания революции на Западе, что с точки зрения «догматического» марксизма было совершенной ересью. Стоит напомнить и сталинскую характеристику русского народа как «самого советского» среди советских народов: именно он своей историей, своей культурой был лучше всех подготовлен к восприятию социалистических идей.

Поддерживая основные положения доклада Василия Афанасьевича, от себя напомню сталинскую трактовку Гражданской войны, которая была дана в «Кратком курсе истории ВКП(б)» (то есть ещё до Великой Отечественной): там во главу угла ставилась именно геополитическая составляющая, в качестве основных противников Советской России фигурировали не «отечественные» белогвардейцы, а иностранные интервенты. Впоследствии, после смерти Сталина, эта совершенно правильная расстановка акцентов была забыта, и интервенты в общественном сознании ушли на задний план, превратившись чуть ли не в «помощников» белогвардейцев. Можно вспомнить и послевоенную борьбу против «низкопоклонства перед Западом», и вывод Сталина о надклассовой сущности языка в работе «Марксизм и вопросы языкознания», и его знаменитую характеристику коммунистов как «новых славянофилов», и множество других фактов, говорящих о его разрыве с догмами «ортодоксального марксизма».

После победы над Японией Сталин говорил: «Поражение русских войск в 1904 году в период русско-японской войны оставило в сознании народа тяжелые воспоминания. Оно легло на нашу страну черным пятном. Наш народ верил и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита и пятно будет ликвидировано. Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, этого дня. И вот этот день наступил». Это высказывание недвусмысленно свидетельствует о том, что Сталин воспринимал СССР как исторического и геополитического преемника Российской империи, выполняющего те задачи, с которыми не справилась в своё время она.

Наконец, вспомним знаменитое сталинское определение нации, которое в марксизме считается классическим: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры». Это определение вполне укладывается и в русло цивилизационного подхода и даже может служить определением локальной цивилизации (если убрать обязательность общего языка).

Всё это общеизвестные факты, которые свидетельствуют, что Сталин не был чужд цивилизационного подхода – разумеется, как и классового. Но дальнейшая дискуссия на семинаре развернулась именно вокруг цивилизационного подхода, против которого выступили те участники семинара, которых можно охарактеризовать как приверженцев «догматического» марксизма.

Нельзя не отметить, что критики цивилизационного подхода нередко критикуют лишь своё собственное представление о нём, поскольку слабо знакомы с работами его основных представителей. Например, отчего-то считается, что цивилизационной подход якобы игнорирует материальную сторону бытия и абсолютизирует духовную, что, конечно, ни в коей мере не соответствует действительности. Напротив, таких классиков теории локальных цивилизаций, как русские евразийцы и их преемник Л.Н. Гумилёв, нередко упрекали в «географическом детерминизме», потому что в основе этой теории лежит пространство, или «месторазвитие» (термин П.Н. Савицкого), с особенностями которого как раз и связаны особенности каждой отдельной цивилизации. Не помешало бы и знакомство с трудами «цивилизационщиков» сегодняшнего дня, таких как С.Г. Кара-Мурза и другие представители этой школы, которых тоже не заподозришь в излишнем «спиритуализме». Впрочем, и ряд защитников цивилизационного подхода этот аспект тоже игнорируют, чем явно ослабляют свои позиции…

Отказывая Сталину в «русофильстве», некоторые участники дискуссии приводили в пример его борьбу в послевоенные годы против группы Вознесенского, которая выступала за большую самостоятельность РСФСР, в частности, за создание в рамках КПСС отдельной российской компартии. Но, если следовать этой логике, придётся считать Сталина «русофобом», потому что он, дескать, поставил русских в неравноправное положение по сравнению с «титульными» народами других союзных республик (что тоже вряд ли было бы объяснимо с классовых позиций). На самом деле, конечно, он руководствовался прямо противоположными соображениями, прекрасно понимая, что русский народ являлся государствообразующим не только в РСФСР, но и в СССР в целом, и КПСС по сути своей являлась «русской» партией: через неё происходила интеграция местных элит (конечно, в социалистическом понимании этого слова), их медленная, постепенная русификация – хотя самого этого термина тщательно избегали. А излишнее выделение РСФСР притормозило бы этот процесс – впрочем, после смерти Сталина местные этнические элиты и так заполучили слишком большую власть, что и стало одной из предпосылок развала страны.

Но это в данном случае детали. Главное состоит в том, что абсурдно само противопоставление формационного и цивилизационного подходов – именно потому, что это разные подходы, которые рассматривают различные аспекты социальной действительности. Учёные, занимающиеся естественными науками, только радуются, если их выводы, полученные на основе одного метода, подтверждаются и другими методами: это лишний раз доказывает их правильность. Почему же в социальных науках должно быть по-другому?

Рассмотрение идей Сталина (и, конечно, его практических действий) с точки зрения классового подхода актуально в полемике с троцкистами, «госкаповцами» и прочими «левыми» антисоветчиками, отрицающими социалистический характер Советского государства. Рассмотрение же их в разрезе цивилизационного подхода необходимо при полемике с теми, кто, выступая якобы с «патриотических» позиций, считает коммунистическую идею и Советский строй чуждыми русской цивилизации. Но, разумеется, в дискуссии с леваками невозможно опираться на цивилизационный подход, а в дискуссии с «белыми патриотами» – на классовый. Такая дискуссия закончится там же, где и началась.

Цивилизационный подход – мощное интеллектуальное оружие, которое было бы просто нелепо отдавать в руки антикоммунистических сил (именно к этому они и стремятся: сейчас уже и сам Путин научился выговаривать словосочетание «Русский мир»), ведь только социализм в XX веке позволил элементарно выжить двум крупнейшим локальным цивилизациям – русской (евразийской) и китайской. Капитализм же означает их встраивание (на правах сырьевых придатков или источника дешёвой рабочей силы) в чуждую, западную цивилизацию, в качестве «агента» которой выступает компрадорская буржуазия. А в потенциале любая буржуазия – компрадорская. Это прекрасно понимал Сталин, когда говорил о том, что «знамя национальной независимости» поднять некому, кроме коммунистов.

…Халиф Омар, в седьмом веке приказавший спалить Александрийскую библиотеку, обосновал своё повеление так: «Если в этих книгах написано то же самое, что и в Коране, то они лишние, а если противное Корану, то они вредны». Думаю, что коммунистам негоже уподобляться средневековому халифу и сжигать (даже фигурально) все те книги, в которых написано не то же самое, что в полном собрании сочинений Маркса и Энгельса. Ученикам Ленина не вредно было бы вспомнить его фразу, не менее известную, чем высказывание халифа Омара: «Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество». И, разумеется, цивилизационный подход, как и другие подходы в общественных науках, занимает в перечне этих богатств своё законное место.

Ну а мне в ходе дискуссии вспоминалась ещё одна, не столь давняя крылатая фраза, авторство которой уже сложно установить: «Сталин был коммунистом, – говорят коммунисты. Сталин был русским националистом, – говорят русские националисты. Сталин был негодяем, – говорят негодяи».

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Читайте также:

Комментарии о материале (сверху свежие):
  1. kokshetau (2015-02-14 19:14:17)
    = В.А. Туев начал свой доклад с констатации того, что И.В. Сталин, хоть и называл себя «всего лишь учеником Ленина», сделал в теории значительный шаг вперёд. = Если построение фразы хоть чуть передает смысл Туевого доклада, то тушите свет. Сталин был "всего лишь учеником Ленина" - и ПОЭТОМУ сделал в теории значительный шаг вперёд. Потому что в тот период марксизм еще не стал неподъемным догматом, теория была живой и откликающейся на изменения реальности.
  2. Mikhail (2015-02-15 09:09:19)
    Сталин всего лишь называл себя "всего лишь учеником Ленина". Быть и называть это разные вещи.
Чтобы писать свои комментарии - надо залогиниться на сайте. Тогда и вид комментариев станет более красивым.