Фундамент денег должен разрастаться

В июле 1944 года на американском курорте Бреттон-Вудс в Нью-Хэмпшире проходила международная конференция о послевоенном устройстве финансов. По заключенному там соглашению международным средством платежа признан — наряду с ранее употреблявшимися способами — доллар Соединенных Государств Америки, причем сами СГА обязались за каждые $35 выдавать тройскую унцию золота (31,1034768 г) при предъявлении к обмену не менее $10 тыс. единовременно (это условие ограничивало круг золотообменщиков крупными банками и правительствами). 15 августа 1971 года 37‑й президент СГА Ричард Милхауз Фрэнсис-Энтонич Никсон временно отменил обмен долларов на золото. 18 декабря 1971 года соглашение десяти ведущих стран установило для удобства взаиморасчетов курс $38 за унцию, 12 февраля 1973 года доллар был снова девальвирован — до $42,2 за унцию. Наконец, в 1975‑м на первом саммите будущей «Большой семерки» официальные цены золота отменены, и курсы валют начали определяться без привязки к золоту, ставшему обычным биржевым товаром.

С тех пор и по сей день обсуждаются достоинства золотого стандарта и способы его возрождения. Опыт избыточной (а в случае доллара — практически неограниченной) эмиссии денег, обеспеченных только авторитетом эмитента и (или) обязательностью к приему на определенной территории, показал: деньги, не привязанные к твердой опоре, печатаются в количестве, определяемом не нуждами экономики, а популистской политикой, и размывают устои хозяйства.

Правда, золото стало всеобщим эквивалентом не только благодаря высокой химической стойкости, предотвращающей его утрату в ходе обращения, и красивому внешнему виду, но еще и вследствие высоких трудозатрат на его добычу: даже небольшой его кусочек представляет столь высокую стоимость, что вполне можно носить в кармане эквивалент, например, неплохого автомобиля (не зря во времена золотого стандарта разменную монету чеканили из серебра и меди, хотя колебания относительной трудоемкости этих металлов порождали время от времени избыточный выпуск одних видов монет и уход других в сокровище). Жаль тратить столько труда просто на обеспечение взаиморасчетов. Поэтому параллельно с золотым стандартом время от времени возникают новые проекты, требующие меньших усилий.

В цифровую эпоху предлагают в основном цифровые эквиваленты денег. Для их эмиссии нужны всего лишь вычисления по разным хитрым формулам, а вычислительная мощность нынче дешева. В то же время можно организовать не только взаиморасчеты через интернет (в том числе анонимные, как при оплате наличными), но и проверку подлинности каждой цифровой монеты и правильности расплаты ею также вычислительным способом — причем расчеты для проверки куда проще, чем для создания, хотя и сложнее, чем для оплаты.

Сейчас известнейший инструмент цифроналичной оплаты — биткойн, то есть двоичноцифровая монета. Его принимают к уплате в столь многих и разных местах, что, пользуясь им, вполне можно прожить, не прибегая к иным платежным средствам.

Цена биткойна определяется исключительно на биржевой основе и поэтому сильно колеблется — но в целом с момента его появления растет. Ведь любые деньги обеспечены, в сущности, всем набором товаров и услуг, приобретаемых непосредственно за эти деньги, без обмена их на еще какие-то платежные средства. Сфера применения биткойна растет — растет и его ценность. Процесс самоподдерживающийся: чем больше торговых систем принимают биткойн, тем он дороже. По сходной причине Великобритания боролась за прием своего фунта стерлингов по всему миру, а сейчас на наших глазах доллар Соединенных Государств Америки сражается за сохранение своей всемирности с юанем Китайской Народной Республики и рублем Российской Федерации.

Но есть и другая причина роста. Формула расчета новых биткойнов построена так, что общее их количество ограничено и сравнительно невелико: уже сейчас в обращении находится порядка половины теоретически возможного набора. Значит, по мере роста сферы приема биткойна растущий объем товаров и услуг оказывается эквивалентом куда медленнее растущей (а в перспективе и вовсе фиксированной) денежной массы.

Вдобавок по мере приближения к пределу растет объем вычислений, нужных для эмиссии каждого нового биткойна. В конце концов затраты на расчет станут столь велики, что последний биткойн, скорее всего, никто не выпустит: нерентабельно. Но этот фактор пока малоощутим (хотя энтузиасты уже собирают компьютеры, заточенные именно под эту задачу). А вот сопоставление растущего товарооборота с фиксированным объемом денег — фактор решающий.

Менее очевидно, что тот же фактор действовал и во времена золотого стандарта. В античную эпоху и в раннем средневековье производительность труда росла так медленно, что товарооборот был почти пропорционален населению, и даже довольно скромной золотодобычи хватало для поддержания примерно равной скорости роста товарной и денежной массы. Более того, после открытия Америки на европейский рынок всего за век выплеснулось столько золота и серебра, что выраженные в них цены выросли почти вдесятеро. Но с началом промышленной революции драгоценные металлы вновь стали дефицитом. Это одна из причин появления множества денежных суррогатов (от банкнот, то есть банковских заметок о праве обмена такой заметки на соответствующий объем металла, до взаиморасчетов ценными бумагами надежных на первый взгляд компаний). Да и содержание металла в монетах снижали уже не ради сверхприбыли казны (до того многие правители получили прозвища фальшивомонетчиков), а для сохранения номинальной цены товаров.

Золотой стандарт в полной мере возродился во второй половине XIX столетия. За эти полвека были обнаружены новые богатейшие месторождения — в Калифорнии, Австралии, Южной Африке, бассейнах рек Лена в Сибири и Юкон на Аляске. Во всех этих регионах золотую лихорадку множества мелких самостоятельных старателей постепенно заменила спокойная промышленная добыча с использованием мощной техники. Она и обеспечила общемировой прирост золотой массы с той же скоростью, что и товарной.

Обеспечение денег одним товаром оборачивается нестабильностью структуры цен в целом. Так, золотой стандарт приемлем лишь до тех пор, пока экономика растет не быстрее скорости золотодобычи, а полное валютное резервирование годится только для экономики, ориентированной на экспорт

Но уже к началу Первой мировой войны золотодобыча росла куда медленнее промышленности в целом. Отсюда и заметная скорость снижения цен на многие товары. Она породила стремление откладывать все покупки, кроме явно необходимых: ведь завтра можно будет купить то же самое дешевле. Войну начали в значительной мере потому, что общемировой рынок стал спадать и уже не вмещал всех производителей; его попытались переделить.

Во время войны размен бумажных денег на золото, естественно, прекратился: оно требовалось для закупок за рубежом. После войны разрослась практика бумажного денежного обращения, обеспеченного золотом лишь условно: каждый отдельный обладатель банкнот мог надеяться получить взамен звонкую монету, но для всех сразу это было заведомо невозможно. Впрочем, практика эта установилась еще задолго до войны: так, Федеральная резервная система Соединенных Государств Америки возникла как раз для того, чтобы — по образцу Банка Англии — выпускать деньги в обращение по мере востребования, в расчете на их обеспечение не золотом, а всей массой товаров и услуг в стране.

Оглядка на золото — одна из причин Великой депрессии 1929–1939 годов: центральные банки всего мира сообразно падению цен сдерживали выпуск денег в обращение, и хозяйственный оборот заглох. Валютный кризис 1967–1973 годов в значительной мере был порожден все той же невозможностью согласовать золотое обеспечение, рост производства и стабильность цен.

Изо всех нынешних товаров ближе всего к идеальной основе денег электроэнергия — легко конвертируемая в различную продукцию и вырабатываемая пропорционально всему остальному производству, легко передаваемая, легко делимая. Увы, ее пока нельзя запасать в значимых количествах — поэтому невозможно расплачиваться ею напрямую и очень трудно реально определять, в какой мере обеспечена ею конкретная валюта.

Похоже, в обозримом будущем единственным обеспечением денег останется сама возможность взаиморасчетов ими. При всех очевидных способах злоупотребления произвольной эмиссией. Иначе слишком велик риск дефляционного падения спроса и паралича производства.

Источник материала
Материал: Анатолий Вассерман
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение Мошенничество в автосалонах подробности здесь. будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

комментариев 12

  1. Dimokrat:

    Вот и Вассерман отметился. Тоже в парадигме вредности дефляции. Дескать, если стоимость денег растёт, то никто не хочет их тратить, никто не покупает товары, и это ужасно и кризис.
    Позволю себе поспорить с этим мнением. В этом либеральном воззрении вообще всё, на мой взгляд, перевёрнуто с ног на голову. Падает цена на товары (деньги дорожают, дефляция) — плохо. Цены на товары растут (инфляция) — хорошо. Вам не кажется странным такой ход рассуждений?
    Кому хорошо от роста цен? Кому плохо от их снижения?
    При Сталине цены снижали.
    Что, народ меньше покупал на свою зарплату? Прятал деньги? Здрассьте! Шли в магазин и радовались, что купили дешевле.
    Нас убеждают в том, что чёрное — это белое. Информационная война в чистом виде. Нас убеждают в том, что снижение цен — это плохо, а рост цен — это хорошо.
    Да, Сталин заставлял промышленность снижать цены, и это не нравилось ни промышленникам, ни торговле. Радовались одни только простые советские люди.

    • Владимир:

      В итоге товарища Сталина отравили.

      • Henren:

        Ну а как же, он же как Каддафи, потребовал от Запада расчетов в золоте, а доллары принимать к оплате отказался.

    • FLY_Slim Jr.:

      Потому то ИВС и ушатали, и есть у меня подозрение, что никитка хрущь, выкормыш англосаксов.

      • Владимир:

        Интересно, когда был завербован.

        • FLY_Slim Jr.:

          Думаю, что после того как сынишку то хруща отказались менять из плену.
          Он и затаил злобу.
          А завербовали наверное еще до войны, хохлопшек же.

      • McLoud:

        Шолом. Энто не подозрение.

    • Wodan:

      Глобальное суждение. А давайте перейдем от Ленинизма-Сталенизма к частностям. У Вас убилось машина(автомобиль). Через неделю он подешевеет в 2 раза. Купите щас? На четверть подешевеет, щас будете брать? На 10%? Какой процент дефляции для Вас приемлим, чтобы поддержать производителя, за свои-кровные?

  2. uliss2000:

    И ни слова о том, что вся товарная масса — это в лучшем случае 5-7% от всей денежной массы в мире. О каком обеспечении золотом ли, электроэнергий ли, товарами ли, биткоинами ли раздутой до невозможности денежной эмиссии может идти речь?

    • Henren:

      Мировой товарный рынок да, 7% от рынка дериватов. Не надо много золота — надо простой запрет на дериваты.

  3. Hilurg:

    Когда-то читал фантастику, так всегалактиццкой (человечество расселилось) монетой был эргталлер — электронно-цифровой выразитель единицы производимой энергии. Книга была отнюдь не «свежая».

  4. MOSKVICHinCRIMEA:

    Квинтессенция идеи золота и электроэнергии в одной парадигме, это уран.
    Американцы выманили весь оружейный уран пятьсот тонн у РФ и складировали его у себя для будущего потребления в АЭС. Деньги обещают за каждую партию, но только когда он превратится в ТВЭЛы и поступит на станции. Хитро , как лошков кинули. При Ельцине Черномырдин с Гором подписали, при Путине доканчивали отправлять в Пиндосию последние партии. Потом же, уже сам Путин ездил по австралиям и казахстанам договариваться о добыче нового урана для атомной энергетики. Самим оказалось надо, а нету. Такие договора позорные и предательские подписывали и исполняли. Это как вывоз у туземцев Нового Света Испанией и Португалией золота в Европу. Только наоборот теперь. Туземцы оказались мы. РФ позволила обменять на фантичные деньги, за очень дешево, вывезти свой высокообогащенный плод труда многих десятилетий советского народа в пиндостан,ине получив обещанных денег при этом, это афера, грабеж и преступление века. Веков . 20 и 21 го. Как золото лежит в хранилищах и другие страны продают и покупают его, не перемещая по сути, так и по урану можно так же было. Ведь чиало пользователей урана больше, вем ядерных держав. У многих АЭС