Космос: пришло время мечтателей и энтузиастов

Тема, конечно, уже давно избитая, тертая и перетертая, но все-же нельзя не порадоваться, в очередной раз, за наших американских друзей, в плане освоения космического пространства. У меня лично, для них есть только одно определение — феерические долбодятлы. Ну и далее сам текст.

Как бы разобщены мы ни были, и как бы ни расходились мы во мнениях, в одном мы можем согласиться: 2015 год был никудышным. Единственно, что порадовало — это Линкольн Чейфи (Lincoln Chafee) и пролет межпланетного автоматического аппарата (New Horizons) вблизи Плутона (явления никак между собой не связанные), а также один судьбоносный космический прорыв.

21 декабря принадлежащая Илону Маску (Elon Musk) компания SpaceX, запустившая на орбиту 11 спутников, осуществила посадку (вертикальную и без повреждений) первой ступени своего ракетоносителя высотой с 15-этажный дом на площадку на мысе Канаверал. Солидное оборудование стоимостью 60 миллионов долларов возвращено на землю (обычный ракетоноситель либо сгорает, либо падает где-то в океан).

Появилась многоразовая ракета. Можно считать, что она появилась еще месяц назад, когда частная аэрокосмическая компания Blue Origin, основанная Джеффри Безосом (Jeffrey Bezos) — руководителем интернет-компании Amazon.com и владельцем издательского дома The Washington Post — запустила и посадила на землю свой собственный ракетоноситель, пусть даже это был и суборбитальный полет. Но независимо от того, кому мы отдадим первенство — Маску или Безосу — вместе эти два события знаменуют начало новой эры космических полетов.

По прогнозу Маска, многоразовая ракета позволит сократить стоимость полета в космос в сотни раз. Конечно же, это зависит от того, не станет ли ремонт изнашиваемого оборудования, подвергающегося высоким нагрузкам при запуске, чрезмерно дорогостоящим. Если нет — и даже при условии, что Маск прав лишь на 10% — возможность повторного использования оборудования коренным образом меняет экономическую составляющую космических полетов.

Что обеспечивает как демократизацию, так и коммерциализацию этой сферы. А это значит, что космические полеты теперь не будут зависеть от суровых ограничительных мер, вводимых властями — президентом, конгрессом, чиновниками НАСА. Теперь будущее космических проектов будет в гораздо большей степени определяться рынком — с его конкуренцией и множеством разнообразных независимых игроков, в том числе предпринимателей серьезно мотивированных, финансово грамотных и перспективно мыслящихБезусловно, этот грандиозный проект не совсем самостоятелен и все еще зависит от государственных структур. Не стоит забывать, что многоразовая ступень ракеты-носителя Falcon 9 приземлилась на платформу мыса Канаверал, которую раньше использовали ВВС США для запуска ракет-носителей «Атлас». Кроме того, основное финансирование этих проектов уже отчасти зависит от контрактов НАСА — таких как снабжение космической станции.

Впрочем, здесь мало что отличается от развития авиации сто лет назад. Вряд ли авиация развивалась за счет продажи билетов на авиашоу или денег, полученных в качестве призов за пересечение Английского канала (Ла-Манша) вплавь. На самом деле основой развития этой молодой отрасли были государственные контракты — на осуществление полезных услуг вроде доставки почты или бомб.

Первым и наиболее наглядным следствием этой новой эры космического предпринимательства станет возвращение Соединенным Штатам статуса космической державы. Да, я знаю, что мы осуществляем эффектные программы по исследованию космоса с помощью космических аппаратов. Но мы лишились возможности отправлять в космос человека после того, как НАСА сняло с эксплуатации космические корабли «Шаттл» — не предложив ничего взамен.

А это значит, что для того, чтобы отправить астронавта всего лишь на низкую околоземную орбиту, нам приходится пользоваться «попутками» — российскими «Союзами», созданными на основе технологий 1960-х годов. Да еще каждый раз платить за это по 82 миллиона долларов. Впрочем, сейчас две частные компании уже подписали контракты с НАСА по отправке астронавтов на космическую станцию уже в 2017 году.

Правда, настоящей наградой станет не возможность долетать до околоземной орбиты. Теперь уже все понимают, что идея космической станции была огромной ошибкой — совершенно бесполезной и обременительной затеей, предпринятой в поисках «представительства» или резиденции в космосе. Основное предназначение космической станции — изучение биологического воздействия на организм длительного пребывания в условиях невесомости. Но это можно было бы делать и на Skylab («Небесной лаборатории») — небольшой орбитальной станции, от которой сорок лет назад наши политики отказались.

В условиях растущей приватизации этой сферы подобные решения больше не будут приниматься только Вашингтоном. Когда президент Обама занял свой пост, было решено к 2020 году возобновить программу полетов на Луну. Год спустя он решил, что вместо этого нам следует осваивать астероид. Почему? А кто его знает.

Сегодня маршруты будущих полетов разрабатывают частные аэрокосмические компании, приобретающие все больший технический опыт и предлагающие альтернативные стратегические концепции. Маск одержим идеей освоения и заселения Марса, Безос видит в перспективе как миллионы людей будут жить и работать в космосе, а Ричард Брэнсон (Richard Branson) планирует развивать космический туризм посредством компании Virgin Galactic (он уже продал 700 билетов на космическое путешествие стоимостью 250 тысяч долларов каждый). А еще одной частной компании Moon Express забрасывать в космос неуклюжих дышащих воздухом людей вообще даже не интересно. Она твердо решила направлять на Луну экспедиции роботов-геологов. Мне лично больше всего нравится идея создания на Луне постоянной базы с экипажем астронавтов, которая, наверняка, уже существовала бы, если бы в начале 1970-х годов наши политики не отказались бы от освоения Луны.

Мы понятия не имеем, какой из этих планов будет, вероятнее всего, выбран, благополучно осуществляться и процветать. Но вся прелесть перехода космической сферы в частные руки состоит в том, что мы имеем возможность достичь сразу несколько целей. Вектор развития космонавтики теперь предполагает функционирование и рынка идей, и коммерческого рынка. И теперь космические проекты не будут напрямую зависеть от прихотей лишь косвенно заинтересованных политиков.

В космической сфере началась эра «тесл», эдисонов и братьев Райт. Теперь бразды правления будут все больше принадлежать им. А это значит, что теперь — наконец-то — мы опять начнем двигаться в каком-то направлении.

Источник материала
Материал: Чарльз Краутхаммер (Charles Krauthammer)
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Tim_duke на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

комментариев 68

  1. Ричъ:

    бла-бла-бла…

  2. SergeyR:

    Статья напоминае вчерашний опус от тов. Первого по автомобиль на энергии сжатого воздуха. Но тов. Первый хыть откровенно прикалывался выкладывая разную техническую дурь…

    П.Ц. хотя не факт, что и тут тоже не прикалываются…

    • Ричъ:

      мгм. суть статьи вкратце — ПЭРЭМОГА!

    • Tim_duke:

      Вы там первую фразу внимательно прочитали? Там то и есть вся суть!

      • Felisket:

        Так надо ж её было выделить, а она у Вас сливается с остальным текстом. А в конце можно было бы и залужского колумниста должным образом представить.

  3. Felisket:

    Этот Чарльз Краутхаммер залужский журналист, колумнист и комментатор 65 лет от роду. Мастер слова широкого профиля (о чем бы ни писать, лишь бы писать). Если верить педивикии, то еженедельная колонка Краутхаммера публикуется более чем в 400 газетах по всему миру (ну ныне это не проблема). Что сказать — пропагандист Великой Америки, и ея образа жизни — частник приде и порядок наведе.
    Ну а сам материал так смахивает на мрии страны 404, что диву даешься, неужели вирусная инфекция через Джо Байдена и Нуланд уже и до Залужья докатилась?

    • Владимир:

      Да как-то адепты рыночной секты забывают, что в кризисы Великая Америка поднималась благодаря роли государства и за счёт государства.
      Частник это всегда работа на свой карман, но государство заставляет делиться.
      В России (пока) так.

      • Felisket:

        А у адептов всегда с памятью плохо, прямо какая-то избирательная амнезия: тут помню, тут не помню, тут что-то во что заворачивали )))

        • FLY_Slim Jr.:

          Потому всегда у всех адептов было на лбу написано, чтоб не забывали

          • Владимир:

            Предлагаю высечь долотом и зубилом. На лбах ))))

            • FLY_Slim Jr.:

              таким вот, чтоб экономно
              http://1.bp.blogspot.com/-_Kc3Nwbl7n4/UKYxZrXGKoI/AAAAAAAAANk/dJU739sX6wk/s320/image001-701987.png

  4. FLY_Slim Jr.:

    Да мечты это. Пока не будет орбитальной станции — не будет полётов. Орбитальной станции для сборки кораблей. Все нах. Остальное это попил бабла

    • dealba:

      Это да, только орбитальные верфи. И космос — не лужайка у дома. Ни один частник не сможет в одиночку его осваивать.

      • FLY_Slim Jr.:

        Ну, если брать во внимание, что пендосия это одна большая частная лавочка, то таки да. Но не более чем симуляция, так как частные лавки наработок не имеют фундаментальных ибо бизнес этого не подразумевает

    • SergeyR:

      … наоборот – пока есть орбитальная станция, будут полёты. Опять-же, сборные на орбите корабли. Для чего?…

      … аргумент – «Что бы были…» принимается. Но это можно сделать только при условии, что будет возвращён т.н. «Красный Проект». Это будет задел на далёкое-далёкое будущее, которое мы уже не застанем. Никакой частник на это дело не пойдёт. Но я лично – за то, чтобы сделать это – наши дети/внуки – это наше всё…

      Всё сказанное – моё личное ИМХО, разумеется…

      • Palaeontolog:

        Сборные — межпланетные корабли. Которые проще и логичнее собрать на околоземной орбите, а не пытаться поднять с поверхности Земли.

  5. Tim_duke:

    Пока будут пытаться совместить бабло и космос — ничего не получится. Только долгосрочные дерзкие проекты дадут толчек развитию космонавтики. Любой здравомыслящий человек это понимает, но такие проекты всегда убыточны, поэтому только государство может их финансировать

    • FLY_Slim Jr.:

      Не мешай пилить бабло. Они уже 750 билетов по 250к баксов продали.

      • Shveik:

        Ненуачо. Щас запилят 5D кинотеатр в самолет и на тебе, с каждого лоха /зачеркнуто/ клиента по 200К шекелей в карман. А то и по 249К…

        • FLY_Slim Jr.:

          Ага, в подземелье засадят в симулятор и все, летайте, пяльтесь в жк мониторы.

          • Shveik:

            Как-то видел переводную передачку с пиндостана, там собирали студентов вузов и предлагали им участие в долгосрочных полетах в космос. Так эти эпичные дуболомы думали, что они реально куда-то летали. Им невдомек, что антигравы еще не придуманы. Эксперимент быдл… был расчитан вроде как на социальное взаимодействие в замкнутом пространстве небольших групп. Но походу выяснилось, что даже студенты технических ВУЗов (технических, Карл!), слабо себе представляют, что такое полет в космос.

            • FLY_Slim Jr.:

              ЛСД испытывать, целое поколение на нем выросло.

          • Proper:

            Примерно так. Сначала обдолбают наркотой под видом «препаратов для устойчивости к перегрузкам при старте» — клиент очнется уже кагбэ «на орбите», посмотрит под закисью азота кинишку в заоконном ЖК-«иллюминаторе», и снова отрубится. Вот и полёт. Слетали.

            • FLY_Slim Jr.:

              Ну, так они под наркотой уже лет 5 с помощью телека запускают, глобальненько.

            • Shveik:

              Ога, при должном развитии технологий /зачеркнуто/ препаратов даже из дома выходить не нужно будет. Раз и ты в космосе. Хотя, такие препараты уже есть, пиндосы озаботились как их легализовать. Уже через оон пытались протулить.
              Мда, к теме, и ломку после «полета» можно списать на перегрузки и послеполетные всякие эффекты…

              • FLY_Slim Jr.:

                Так как пендосы в космос не летале — эффекты могут быть просто запредельными.
                Например расстрел в супермаркете.

                • Proper:

                  Блин, вы все как маленькие. «Футурологический конгресс» Лема не читали, штоле?

                  • FLY_Slim Jr.:

                    Я еще молод, до Лема я еще недополз.

                  • Shveik:

                    Читал, но лет 15 назад, даже тезисно не вспомню.

                • Proper:

                  Для затравки:

                  Над плоским пятиэтажным цоколем костариканского «Хилтона» возвышались еще сто шесть этажей. На крышах уступов здания размещались теннисные корты, бассейны, солярии, дорожки для картинга, карусели, служившие одновременно рулетками, тир (где можно было стрелять по манекенам, изображавшим кого угодно, на выбор, — спецзаказы выполнялись в течение суток), а также раковина открытой эстрады с установками для опрыскивания слушателей слезоточивым газом. Мне достался сотый этаж, откуда я мог созерцать лишь иссиня-коричневую изнанку смога, нависшего над столицей. Кое-что из гостиничного инвентаря меня озадачило — например, трехметровый железный прут в углу ванной комнаты, маскхалат в платяном шкафу, мешок сухарей под кроватью. На яшмовой стене ванной, рядом с полотенцами, висел моток настоящей альпинистской веревки, а вставляя ключ в дверной английский замок, я заметил небольшую табличку: «Дирекция гарантирует, что в этом номере БОМБ нет».

                  Теперь, как известно, ученые делятся на оседлых и кочующих. Первые по старинке что-то исследуют, вторые разъезжают по всевозможным конференциям и конгрессам. Кочующего ученого легко распознать: на груди у него карточка с фамилией и ученой степенью, в кармане — расписание авиарейсов; подтяжки у него без металлических пряжек, портфель — на пластмассовой защелке, а то, чего доброго, завоет сирена устройства, просвечивающего пассажиров в поисках кинжалов и кольтов. Научную литературу такой ученый читает по дороге в аэропорт, в залах ожидания и гостиничных барах. По понятным причинам я был не в курсе последних достижений земной культуры и спровоцировал сигналы тревоги в аэропортах Бангкока, Афин и самого Нунаса, а все потому, что во рту у меня шесть стальных коронок. В Нунасе я хотел заменить их фарфоровыми; увы, непредвиденные события этому помешали. А насчет сухарей, прута, веревки и маскхалата один из футурологов-американцев снисходительно разъяснил мне, что гостиничное дело в нашу эпоху требует неведомых ранее мер безопасности. Каждый такой предмет повышает выживаемость постояльца. На эти слова я, по легкомыслию, должного внимания не обратил.

                  Заседание было назначено на вторую половину дня, и уже утром мы получили полный комплект материалов конгресса — превосходно изданных и со множеством приложений. Особенно радовали глаз отрывные купоны из глянцевой плотной бумаги со штампом «Копуляционный талон». Научные конференции тоже пострадали от демографического взрыва; популяция футурологов растет столь же быстро, как и все человечество, так что конгрессы проходят в сутолоке и спешке. О чтении докладов с трибуны и речи быть не может, знакомиться с ними нужно заранее.

                  Утром, однако, было не до того, поскольку хозяева пригласили нас на коктейль. Эта скромная церемония обошлась почти без приключений, только делегацию США забросали тухлыми помидорами. Не успел я поднять бокал, как Джим Стэнтор, знакомый журналист из ЮПИ, сообщил, что на рассвете похищены консул и третий атташе американского посольства в Костарикане. В обмен на дипломатов похитители-экстремисты требовали освободить политзаключенных, а пока, чтобы подчеркнуть весомость своего ультиматума, присылали в посольство зубы заложников, один за другим, грозя эскалацией насилия.

                  Впрочем, этот инцидент не нарушил дружественной атмосферы приема. Присутствовал лично посол США, произнесший спич о необходимости сотрудничества между народами; правда, выступал он под охраной шести плечистых парней в штатском, которые держали нас на мушке. Мне, признаюсь, стало как-то не по себе, а тут еще, на беду, стоявший рядом темнокожий делегат Индии, которого мучил насморк, полез в карман за платком. Как впоследствии убеждал меня пресс-секретарь Футурологического общества, примененные средства были необходимыми и гуманными. Охрана вооружена автоматами большого калибра, но малой пробойной силы, такими же, как у охраны пассажирских самолетов, и посторонние ничем не рискуют — не то что раньше, когда пуля, уложив террориста, прошивала еще пять-шесть ни в чем не повинных людей. И все же не слишком приятно, когда сосед, изрешеченный пулями, падает к вашим ногам, даже если это обычное недоразумение, которое исчерпывается путем обмена дипломатическими нотами.

                  Впрочем, вместо того чтобы рассуждать о гуманной баллистике, мне следовало бы объяснить, почему я так и не успел просмотреть материалы конгресса. Во-первых (подробность малоприятная), пришлось спешно менять окровавленную рубашку; к тому же завтракал я, вопреки обыкновению, не у себя, а в гостиничном баре. С утра я привык есть яйца в мешочек, а гостиница, где можно получить их прямо в постель целехонькими, с нерастекшимся желтком, пока не построена. Дело тут, разумеется, в непрестанном разрастании столичных отелей. Если от кухни до номера полторы мили, ничто не спасет желток от взбалтывания. Как я слышал, эксперты «Хилтона», занимавшиеся этой проблемой, единственным выходом признали сверхзвуковой лифт, но sonic boom — грохот при прохождении звукового барьера — в замкнутом пространстве отеля привел бы к разрыву барабанных перепонок. Конечно, кухонный автомат мог бы доставлять прямо в номер сырые яйца, которые у вас на глазах автокельнер варил бы в мешочек, но отсюда недалеко и до собственного курятника в номере. Вот почему утром я пошел в бар.

                  Девяносто пять процентов обитателей гостиниц составляют ныне участники конференций и съездов. Гость-одиночка, турист-индивидуалист без опознавательной карточки на лацкане и без портфеля, распухшего от ученых бумаг, стал редок, как черный жемчуг. Одновременно с нашим конгрессом в Костарикане проходила конференция молодых бунтарей группировки «Тигры», конгресс Ассоциации Издателей Освобожденной Литературы, а также Общества филуменистов. Обычно делегатам-коллегам достаются соседние номера, но мне, в знак особого уважения, дирекция выделила апартаменты на сотом этаже, поскольку здесь имелся пальмовый сад с женским оркестром, исполнявшим концерты Баха; попутно оркестрантки совершали коллективный стриптиз.

                • Proper:

                  Ну а теперь фрагмент о веществах:

                  Первое заседание было назначено на пять вечера, оставалось достаточно времени, чтоб отдохнуть, и я снова отправился на сотый этаж. После пересоленных салатов хотелось. пить, но баром моего этажа прочно овладели динамитчики и бунтари со своими девицами, я же был сыт по горло беседой с бородатым папистом (или антипапистом). Пришлось ограничиться водой из-под крана. Не успел я допить стакан, как в ванной и обеих комнатах погас свет, а телефон, какой бы номер я ни набирал, упорно связывал меня с автоматом, рассказывающим сказку о Золушке. Спуститься на лифте не удалось — он тоже вышел из строя. Из бара доносилось хоровое пение молодых бунтарей; те уже стреляли в такт музыке, хотелось бы думать, что мимо. Подобные вещи случаются и в первоклассных отелях, хотя утешительного тут мало; но что удивило меня больше всего, так это моя собственная реакция. Настроение, довольно скверное после беседы с папским стрелком, улучшалось с каждой секундой.

                  Пробираясь на ощупь и опрокидывая при этом стулья, я только кротко улыбался в темноту, и даже колено, разбитое в кровь о чемоданы, ничуть не уменьшило моей благосклонности ко всему на свете. Нащупав на ночном столике остатки второго завтрака, который я заказал в номер, я вырвал из программы конгресса листок, свернул его, воткнул в кружок масла и зажег. Получилась коптящая, правда, но все-таки плошка; при ее мерцающем свете я уселся в кресло. У меня оставалось два с лишним часа свободного времени, включая часовую прогулку по лестнице, ведь лифт не работал. Мое душевное состояние претерпевало странные метаморфозы; я следил за ними с живым интересом. Мне было на редкость весело, просто чудесно! Я с ходу мог бы привести массу доводов в защиту всего, что со мною случилось. Мне было ясно как дважды два, что номер «Хилтона», погруженный в кромешную тьму, в чаду и копоти от масляной плошки, отрезанный от остального мира, с телефоном, рассказывающим сказки, — одно из приятнейших мест на свете. К тому же мне страшно хотелось погладить кого-нибудь по голове, на худой конец пожать кому-нибудь руку — и чтобы при этом мы проникновенно заглянули друг другу в глаза.

                  Я в обе щеки расцеловал бы злейшего врага. Расплывшееся масло шипело, дымило, и плошка поминутно гасла; то, что «масло» рифмуется с «погасло», вызвало у меня прямотаки пароксизм смеха, хотя как раз в эту минуту я обжег себе пальцы, пытаясь снова зажечь бумажный фитиль. Самодельный светильник едва теплился, а я мурлыкал себе под нос арии из старых оперетт, не замечая, что от чада першит в горле и слезы струятся из воспаленных глаз. Вставая, я упал и ударился лбом о чемодан, но шишка величиной с яйцо лишь улучшила мое настроение, насколько это было еще возможно. Почти удушенный едким, вонючим дымом, я прямотаки покатывался со смеху в приступе беспричинной восторженности. Потом лег на кровать, не застеленную с утра, хотя было далеко за полдень; о нерадивой прислуге я думал как о собственных детях: кроме ласковых уменьшительных прозвищ и нежных словечек, ничего не приходило мне в голову. А если я задохнусь? Ну что ж — о такой милой, забавной смерти можно только мечтать. Эта мысль, совершенно чуждая моему душевному складу, подействовала на меня, как ушат холодной воды. Мое сознание удивительным образом расщепилось. В нем по-прежнему царила тихая умиротворенность, безграничное дружелюбие ко всему на свете, а руки до такой степени рвались погладить кого ни попадя, что за отсутствием посторонних я принялся бережно гладить по щекам и с нежностью потягивать за уши себя самого; кроме того, я несколько раз подавал левую руку правой — для крепкого рукопожатия. Даже ноги тянулись кого-нибудь приласкать.

                  Но где-то в глубине сознания вспыхивали сигналы тревоги. «Здесь чтото не так, — кричал во мне приглушенный, далекий голос, — смотри, Ийон, в оба, берегись! Благодушие твое подозрительно! Ну, давай же, смелее, вперед! Не сиди развалившись, как Онассис какой-нибудь, весь в слезах от дыма и копоти, с лиловой шишкой на лбу, одурманенный альтруизмом! Не иначе это какой-то подвох» Тем не менее я и пальцем не шевельнул. В горле у меня пересохло, а сердце колотилось как бешеное — не иначе как от нахлынувшей на меня вселенской любви.

                  Я побрел в ванную, изнемогая от жажды; вспомнил о пересоленном салате, которым потчевали нас на банкете (если шведский стол можно назвать банкетом); потом представил себе для пробы господ Я.В., Г.К.М., М.В. и других моих злейших врагов и понял, что желаю лишь одного: братски пожать им руки, сердечно расцеловать и обменяться парой дружеских слов. Это уж было слишком. Я застыл, держа одну руку на никелированном кране, а другой сжимая пустой стакан. Затем медленно набрал воды и, скривив лицо в какой-то странной гримасе — в зеркале я видел борьбу различных выражений собственного лица, — выплеснул воду в раковину.

                  ВОДА ИЗ-ПОД КРАНА! Да, да. После нее все и началось. Что-то такое в ней было! Яд? Но разве бывает яд, который… А впрочем, минутку… Ведь я постоянный подписчик научных журналов и недавно читал в «Сайенс ньюс» о новых психотропных средствах из группы так называемых бенигнаторов (умилителей). Они вызывают беспричинное ликование и благодушие. Ну конечно! Эта заметка стояла у меня перед глазами. Гедонидол, филантропин, любинил, эйфоризол, фелицитол, альтруизан и тьма-тьмущая производных!

                  Одновременно, путем замещения гидроксильных соединений амидными, из тех же веществ были синтезированы фуриазол, садистизин, агрессий, депрессин, амокомин и прочие препараты биелогической группы; они побуждают избивать и тиранить все подряд, вплоть до неодушевленных предметов; особенно славятся врубинал и зубодробин.

                  Зазвонил телефон, и тут же включился свет. Голос портье торжественно и подобострастно приносил извинения за аварию. Я открыл дверь в коридор и проветрил номер — в гостинице, насколько я мог понять, царило спокойствие; потом, все еще в блаженном угаре, обуреваемый желанием благословлять и осыпать ласками, закрыл дверь на защелку, сел посреди комнаты и попытался привести себя в чувство. Очень трудно описать мое состояние. Любая трезвая мысль словно увязала в меду, барахталась в гоголе-моголе глуповатого благодушия, утопала в сиропе возвышенных чувств, сознание погружалось в сладчайшую из трясин, захлебывалось жидкой глазурью и розовым маслом; я через силу заставлял себя думать о том, что для меня всего омерзительнее — о бородатом головорезе с противопапской двустволкой, о разнузданных пропагандистах Освобожденной Литературы и их вавилоно-содомском пиршестве, снова о господах Я.В., Г.К.М., М.В. и прочих прохвостах и негодяях, — и с ужасом убедился, что всех я люблю, всем все прощаю; мало того, немедленно приходили на ум аргументы, извиняющие любое зло и любую мерзость. Могучая волна любви к ближнему захлестнула меня; но особенно донимали меня ощущения, которые лучше всего, пожалуй, назвать «позывом к добру». Вместо того чтобы размышлять о психотропных ядах, я упорно думал о сиротах и вдовах: с каким наслаждением я утешил бы их! Как непростительно мало внимания уделял я им до сих пор! А голодные, а убогие, а больные, а нищие — Боже праведный! Неожиданно я обнаружил, что стою на коленях перед чемоданом и выбрасываю его содержимое на пол в поисках вещей поприличнее — для неимущих.

                  • FLY_Slim Jr.:

                    Ну это не опровергает меня даже. Хххх.

                    • Shveik:

                      Не, он не об опровержении, а о том, что фантаст уже предвидел всё это, как я понял…

                    • FLY_Slim Jr.:

                      Провидцем быть не может не надо. Оболванивание пипла путем дури как материальной так и духовной — старо как мир. Просто адаптировано к реализм.

                • Proper:

                  Впрочем, мое настроение менялось не плавно, а с перепадами; чуть позже я снова был готов взойти на костер ради ближнего, с новой силой прорвался во мне гейзер благородных порывов и жертвенного экстаза. Сомневаться не приходилось: ЧТО-ТО БЫЛО В ВОДЕ ИЗ-ПОД КРАНА! Да, да!!! В моем чемодане давно валялась непочатая упаковка снотворного. Оно приводило меня в злое и мрачное расположение духа, поэтому я им и не пользовался; хорошо, хоть не выбросил. Проглотив таблетку, я заел ее почерневшим маслом (воды я страшился как дьявола), затолкал себе в рот две кофеиновые пастилки, чтоб не уснуть, сел и со страхом -но и с любовью к ближнему — стал ожидать исхода химической битвы в своем организме. Любовь еще насиловала меня, я чувствовал себя умиротворенным, как никогда. Все же препараты зла начали превозмогать химикаты добра: я по-прежнему был готов благодетельствовать, но уже с разбором. И то хорошо, хотя на всякий случай я предпочел бы побыть — недолго — последним мерзавцем.
                  Через четверь часа все как будто прошло. Я принял душ и вытерся жестким полотенцем, время от времени награждая себя зуботычинами — профилактики ради; заклеил пластырем избитые в кровь щиколотки и костяшки пальцев, пересчитал синяки (я и вправду разукрасил себя на совесть), надел свежую рубашку, поправил перед зеркалом галстук, одернул смокинг, напоследок заехал себе под ребро, для поднятия духа и для контроля, и вышел — в самую пору, чтобы успеть к пяти.

                  • Shveik:

                    Вот такими они и вернутся из космоса, избитыми, но довольными… ))

  6. Shveik:

    Да-да, пиндосы научились сажать ошмет… остатки кораблей, что уменьшит количество космического мусора. Это радует.

    • Proper:

      Ничего это не уменьшит. Эти «ошмётки» и раньше успешно падали на землю, без всяких усилий со стороны пиндосов.

      SpaceX посадила ПЕРВУЮ СТУПЕНЬ ракеты — которая в космос никогда и не выходила. У нас эти ступени падают в тайгу, у пиндосов — в океан.

  7. dp47:

    Нет у пиндоского космоса никакого будущего. Хотел вчера какой-нибудь фантастический фильмец про космос посмотреть и не посмотрел — сплошной апокалипсис грядущий. А раз голливуд — главный пропагандон пендосии и у него нет такой пропаганды, то и будущее такое не планируется.

    • Proper:

      «Марсианин» не катит? «Гравитация», не?

      • Shveik:

        Марсианин снят по российскому сценарию. Кстати, не в курсе, что там с судом по этому делу?

        • FLY_Slim Jr.:

          Переснять надо.
          не по мат ивам.

        • Proper:

          «Марсианин» (англ. The Martian) — дебютный роман американского писателя Энди Уира (Вейра) в жанре фантастики. В центре романа астронавт Марк Уотни, которого вследствие сложившихся обстоятельств оставили одного на Марсе.

          Автор начал писать свой роман с 2009 года и выкладывал его по частям на своём сайте, по главе раз в несколько месяцев, в течение трёх лет.

          Внезапно для вас, я его читал в 2012 году еще в оригинале. До конца, правда, не дочитал — он несколько зануден, а я не до такой степени бездельник, чтобы тратить время на вторичные книжки. Я даже Пелевина еще далеко не всего прочитал.

          • Shveik:

            В 2011 фильм был уже снят в России и просто лежал на полке. Ранее, в 2000-х, автор отправлял сценарий в Голливуд, ответа не пришло.

      • SergeyR:

        … не! Чота не торкает — «марсианина», для начала нуна отправить — в Антрактиду. Ну или на Ямал зимой, что ле. И это хочу посмотреть в реальном времени…

        • FLY_Slim Jr.:

          Чтоб он там все за$рал?!
          Может на Селену сразу, мож удобрит?!

      • dp47:

        В первом человек остается один на Марсе в втором вообще болтаются на орбите в невесомости в одном скафандре. Я не смотрел эти фильмы потому что не хочу полтора часа сопереживать с приговоренными к смерти. Да безусловно драма, наверное интересная, да безусловно себя настоящего находишь когда смерть у тебя за плечом.
        Но как то хотелось другого — лететь к звездам манимый жаждой открытий, потому что космос это мечта. А таких фильмов уже нет.

  8. MOSKVICHinCRIMEA:

    наркоманский фильм- «»контакт «» называется. Она там слетала за миг, пока шар из установки падал в бассейн.
    A вобще «Прометей» хочу посмотреть.

  9. ZIL.ok.130:

    «В космической сфере началась эра «тесл», эдисонов и братьев Райт.»
    Да-а-а!
    Омерига—вперде!
    Ещё чуть-чуть и начнутся времена изобретателей колеса и волокуш!
    Ещё просто умилила фразочка про то,что достаточно быть «финансово грамотным и мыслить перспективно».Финансово грамотным,Карл!
    Остап Ибрагимыч обобряе,чё.
    Четыреста способов,чё.

    • Shveik:

      Ога, финансово грамотным, шоб попил бабла никто не увидел до того, как ты свалишь.

      • ZIL.ok.130:

        Ту зе мун?
        Шоб копы не нашли: «Я на Луну».И скрылся не отсвечивая.

        • Shveik:

          Зачем такие сложности? Паспорт в Турции прикупил, да куда-нить в Китай, али Вьетнам свалил. Кто тебя, турка, искать то будет…

  10. woodworker:

    А инфа то была? Проверили они ступень после приземления, не проверили. Как то слишком поспешно выводы делать? Не кажется? Новая эра, технологии 60-х, экономия. По стилю сильно смахивает на передовицу «ПРАВДЫ».

    • Gena:

      Проверили, в смысле на предмет наличия-не скоммуниздили, приземлилась, можно ещё денег крутануть.

    • Proper:

      Приземленная ступень больше никуда не полетит, это уже заявлено. Ее отправят в музей.

  11. Henren:

    Британская ГОСУДАРСТВЕННАЯ компания, разработавшая и построившая этот самый «Сокол», на деньги британских же налогоплательщиков, (20 лет, Карл!) уже и ни при чём. Частный космос, ага. Дэвид Уильямс небось плюётся от этих писак.